[reposted post]Как изящно положить ЛОМ на попытки блокировать информацию в интернете.
ttur
reposted by svp61
Оригинал взят у skobars в Как изящно положить ЛОМ на попытки блокировать информацию в интернете.
Суть проста, как кактус на окошке:
В свойствах соединения локальной сети нужно поменять номера DNS. Обычно у всех пользователей стоит галочка на пункте «Выбирать DNS-сервер автоматически» «по умолчанию». Соответственно компьютер пользователя сперва ломится на DNS-сервер предложеный провайдером. А он «палёный»...
Что делаем для получения доступа к запретному плоду?
1. Для начала идём в меню "Пуск" и ищем там "Панель управления":

Read more...Collapse )

6. Осталось только вписать в строки "Предпочитаемый" - 8.8.8.8  и "Альтернативный" - 8.8.4.4 как на картинке.
Нажимаем "ОК". Фсё, Железняк с Мизулиной нервно грызут ЛОМ, с разных концов на скорость - кто быстрее.
Данный диапазон DNS использует Гугл. Едва ли какой провайдер рискнёт заблокировать к нему доступ.


Блин, самое главное чуть не забыл - про адреса-то!

Дополнительные серверы DNS:
Read more...Collapse )
За наводку спасибо gopanaha Информация с заблокированного Мегафоном сайта
Причём заблокированного НЕЗАКОННО, так как в Росреестре такого сайта нет, можете проверить сами.
Остальные способы обхода "блокировок" можно найти у меня по тэгу "Инструкция_по_выживанию". Там же найдёти с способы заменить свой реальный айпи на любой другой(указанный выше способ ваш реальный адрес не скрывает!).
Ну и не забудьте рассказать об этом другим - они ведь уже наверняка не раз плевались, видя такую надпись:


Скрытые возможности мышки
svp61
Оригинал взят у vsegda_tvoj в Скрытые возможности мышки
Многие настолько привыкли к мышке и клавиатуре своего персонального компьютера, что даже не задумываются о каких-нибудь необычных возможностях, которые можно выполнить с помощью мышки.

Посмотрите информацию о скрытых функциях мышки, но думаю, что это инфа скорее для взрослых людей,
ну типа для наших пап и мам. Т.к. молодежь сейчас знает на порядок больше о современных технологиях.

1

Read more...Collapse )





Кремлевские боты — новые солдаты
svp61
Оригинал взят у ibigdan в Кремлевские боты — новые солдаты


Как показывают последние события, информационная война, ведущаяся в сети, сейчас реальнее настоящей. Руководитель организации, работающей на власть, на условиях анонимности рассказал Даниилу Туровскому о том, как подкупаются блогеры, заказываются DDoS-атаки и формируется общественное мнение. Редакция рекомендует с осторожностью относиться к словам собеседника.


— Как вы начали заниматься интернет-войнами?


— В конце 2011 года, когда начинались протесты, мне предложили попробовать этим заняться. Я начал с какой-то фигни, блогеров, максимум — редких заказух для журналистов. На мне были, как говорится теперь, «мурзилки». Они за определенную плату отрабатывали повестку, организовано это было примерно так: собирался пул «мурзилок», и всем им в девять утра присылался брифинг. Там указывалось, как и на что они должны обращать внимание в течение дня, как обыгрывать, какие акценты где ставить. Они должны были работать — не один пост написать, а транслировать и поддерживать повестку постоянно. Блогеров этих искали банально в «Жан-Жаке». Есть же определенная тусовка. Приходишь, смотришь: кто-то, может, в деньгах нуждается, кто-то, может, не совсем ярый оппозиционер. Выцепляли кого-то, предлагали попробовать: тысяч за пятнадцать написать про какого-нибудь проворовавшегося главу управы Бибирево. Человек думал примерно так: благое дело, еще и денег получу, девочку в «Жан-Жак» свожу. И так ты ему раз, два, а на третий говоришь: «Напиши-ка про Навального». Он отказывается. Говоришь: «Ха, ты хочешь, чтобы все узнали, что ты уже брал деньги?» Естественно, мы объясняли, что полная анонимность гарантируется, но после сверхскандала со взломом почты Потупчик, у которой тоже были такие люди, все очень боялись (в начале 2012 года была якобы взломана почта пресс-секретаря молодежного движения «Наши» Кристины Потупчик и в общий доступ попала переписка с рядом проплаченных блогеров. — Прим. ред.). Но мы делали все аккуратно, вплоть до того, что люди регистрировали себе тайные почты, чувствовали себя суперагентами и вживались в такую роль. Когда ты деньги им передавал — всегда наликом, естественно, — они оглядывались, проверяли, нет ли кого рядом, будто траву покупают.


продолжение под катомCollapse )

— Откуда вы получали то, что нужно публиковать и распространять по «мурзилкам»?


— Мне повестка спускалась сверху, из кругов рядом с администрацией президента. Нас можно называть информационным сопровождением, медиаконсультантами, отделом пропаганды. Я пришел, когда работа в интернете уже шла. И не застал, например, комментарии за 85 рублей. Да и мне казалось это проигрышной работой. Этим занимались люди из молодежных движений. У них денег много было, и нужно их было на что-то давать. Поэтому они сидели в ЖЖ и писали совершенно бессмысленные комменты. А по хэштегам работали на моей памяти до путинского юбилея (октябрь 2012-го. — Прим. ред.). Тогда еще писали более-менее живые люди, потом это дело отдали ботам. Сейчас, когда оппозиция выводит какой-нибудь свой хэштег в топ, мы его сразу начинаем засорять. Самый низший сотрудник пишет твит, этот твит отдают специальному человеку, а он его заливает в машину, которая запускает ботов с хэштегом. 85% твитов пишут боты, 15% твитов пишут живые и более-менее известные люди, чтобы создать видимость. Это самое дно информационных войн.


— Как выдавались задания для «мурзилок»?


— Материалы «мурзилок», на мой взгляд, очень легко распознать. И я удивляюсь, когда люди начинают обсуждать их серьезно. Заказные тексты всегда пишутся по структуре: даются пунктов пять, потому что мы не можем довериться журналистам или блогерам полностью. И видно, как по этим пунктам пишут. Вот по Украине, например. В материалах обязательно должны были упоминаться «бандеровцы», «историческое наследие». По Навальному материалов тоже полно. Как-то внезапно о нем начали мнение менять, да? Вдруг все вспомнили, что он националист. Но в начале 2013 года система «мурзилок» была признана неэффективной. Многое поменялось с приходом новой администрации (президента. — Прим. ред.). Новая команда урезала финансирование, хотя до этого бюджеты были неограниченными и задача была такой: чем больше ты купишь журналистов и блогеров, тем лучше. Их сажали на зарплаты до 90 тысяч рублей в месяц. Больше получали только топ-блогеры.


— Это кто, например? Варламов?


— Да, вроде Варламова. После взлома почты Потупчик там фигурировали суммы 200–300 тысяч, но я думаю, ему доходило меньше. Хотя он своим человеком считается.


— Теперь «мурзилок» стало меньше?


— Да, из-за сокращения бюджетов. Да и сейчас запущена другая политика. В начале 2013 года мы носили отчеты и писали докладные, что надо делать контрповестку. Все поддерживали. Так появился, кстати, kontr.tv. Если бы они не начали жутко пилить деньги, думаю, по сей день бы работали. По мне, это было пошлое, но живое. Но к весне 2013 года поставили другую повестку: просто начали закрывать издания. Зачистку проводят. Люди, которые принимают решения по таким вопросам, вовсе не либералы и не тонкие медийщики. Они решают так: «Есть угроза? Надо ликвидировать угрозу».


— Сегодня остались еще угрозы?


— Думаю, нет. Давят на «Ведомости», но это скорее меры запугивания. Честно скажу: сейчас не самое лучшее время, чтобы быть журналистом в России. Владимир Владимирович понял, что раз можно организовать европейские курорты в Сочи, значит, можно и правильную журналистику организовать в Москве. Все последние новости из медиа являются частью этой политики создания СМИ, которые будут красивые, но свои. Как Russia Today. Сейчас займутся «Россией сегодня» активно, потому что нужно будет закрывать выборы в Мосгордуму.


— После «мурзилок» вы чем занялись?


— В конце лета 2012 года мне захотелось идти дальше. Я занялся спичрайтерством. Пописывал тексты в кремлевские издания — от politonline.ru до «Взгляда». Однажды мне выпало написать текст для газеты «Завтра» — после него со мной связались и предложили пойти работать в один холдинг, который делает блоги, новости и даже мини-телевидение. Там я стал заниматься пропагандой более действенно. Делал сюжеты, приглашал в блоги писать пропутинских людей вроде Дугина и Кургиняна. В это время я уже ушел в глухое подполье информационных войн. Раньше я мог что-то публиковать сам, теперь стал заниматься планированием и организацией.


— И вы там же сейчас работаете?


— По сути, там же. Это горизонтальная, ветвистая структура. В Москве я знаю восемь отделов, занимающихся информационными войнами. У всей инфопропаганды есть один начальник. У этого начальника есть три зама. С этими тремя замами все и работают, каждая группа по своему сегменту. Кто-то ведет Изборский клуб Проханова, по патриотам работают — я им не завидую; когда мы встречаемся, они жалуются, что не могут больше слушать про Сталина, водку и империю. Возле них крутится много бизнесменов — один выделяет свой самолет, чтобы они летали на свои заседания. Эти старые пердуны очень далеки от интернета. Я разговаривал как-то с Прохановым, а он попросил, чтобы картинка двигалась. Я спрашиваю, какая картинка. Он: «Вот у Мишки Леонтьева двигалась картинка на сайте, я тоже так хочу».


— Приведите пример события, которое обыгрывалось вами по заданию сверху.


— Да тот же суд Навального последний (7 марта 2014 года. — Прим.ред.). Пришел брифинг: ожидается суд и митинг у суда, надо сформировать негативное мнение об этих людях и позитивное мнение об аресте Навального. Когда люди приходят к суду, мы начинаем смотреть, кто именно пришел. Начинает работать отдел мониторинга, он просматривает, что пишут с места, какие фотографии выкладывают. Находим вещи, за которые можно зацепиться, и начинаем на дружественных площадках выпускать материалы вроде «Вот, смотрите, содомиты пришли на марш» или «Надежда Толоконникова с курицей». И таких мелочей не две-три набираем, а много — получается соответствующий информационный шум.


— Сколько существует таких «дружественных площадок»?


— Порядка десяти — и еще 20–30 таких, на которые нужно слегка надавить. В свое время денег было очень много, скупали вообще всех. Проще всего было брать молодых журналистов. Сейчас они подросли — и выросло поколение людей, которые брали деньги у Кремля, а теперь работают типа независимыми журналистами. Не могу назвать ни одного издания, где бы они не работали.


— Вам на журфаке на третьем-четвертом курсе людей нужно искать.


— Я года два назад на журфаке проводил почти все свободное время. В Eat & Talk (кафе рядом с журфаком МГУ. — Прим. ред.) приходишь — и все. Я даже в Rolling Stone нашел человека. Люди крайне алчные, а Москва — очень дорогой город. За какие-то события журналисты получали деньги даже за нейтральное освещение. Например, за Селигер. В 2012 году покупались все, даже в оппозиционные СМИ получалось провести публикации. Я спрашивал об этом, а они потом оправдывались: «Ну знаешь, это смахивает на клановую борьбу, а взять деньги у врага, чтобы навредить другому врагу…» и так далее. Суммы для журналистов могут быть до 120 тысяч. 70 тысяч журналисту«Коммерсанта» давали. Но сейчас нет пула журналистов, которые обязательно будут публиковать джинсу, это слишком палевно. Их всех более-менее раскрыли, и они пишут теперь оппозиционно. Особенно круто, когда пишут материалы на основе источников в АП. В 99% случаев источник из АП — это подружка-нашистка. У меня был случай, когда один довольно именитый журналист с «Красного Октября» мне рассказал инсайд, который выдумал я сам. Он старше меня, рассказывал: «Мои источники говорят…» — а я сижу и даже не знаю, что сказать, потому что это было моей выдумкой.


— Он не знал, чем вы занимаетесь?


— Многие примерно знают. Но это же все размыто.


— У вашего отдела пропаганды есть офис?


— У меня нет трудовой книжки и нет никаких письменных договоренностей. Единственное — я расписываюсь за бюджет, который мне выдают. У нас есть офис, который мы сами снимаем на выделенные нам средства. Не знаю, откуда эти деньги берутся и как они проходят, мы все получаем наличными. Пишем записку на имя одного человека, и деньги нам дают. В офисе у нас постоянно сидят люди из службы мониторинга, часто там ночуют. Нас обвиняют — вот, бездельники путинские, им платят за лояльность, а они не работают. А ты думаешь после третьей ночи без сна — ну блин. В нашей команде восемь человек: два человека из службы мониторинга, остальные никак не делятся по должностям, но, по сути, мы все идеологи. У нас нет строгой иерархии. В другом похожем отделе чуть ли не военная организация. Ею руководит одно известное всем лицо, но сам он ничего не делает, а является посредником между источником денег и сотрудниками. Мы все делим поровну.


— Вы сами материалы не пишете?


— Очень редко приходится писать. Мы собираемся с утречка на планерку, рисуем на доске, кто что может закрыть, у кого где есть. Есть списки наших журналистов или списки журналистов, с которыми можно поговорить и пойти выпить. Есть список журналистов, на которых не выходят. Возглавляет его Илья Барабанов. Людям из этого списка нельзя ничего предлагать, потому что они точно все вскроют.


— Кто еще в списке?


— Олега Кашина там нет. Но я не буду называть людей, потому что точно коснусь неаккуратных берегов.


— «Спутник и погром» есть в списках сотрудничающих?


— Не знаю. Я не буду говорить… Как-то слишком хорошо все у ребят складывается. Слишком хорошие дизайнеры. Сам зачитываюсь. Я по Крыму использовал их тексты, открывал и думал — блин, чувак, я бы тебя прямо сейчас на зарплату взял, только не прокормлю, потому что сам люблю поесть. Мы берем тексты Просвирнина, пару абзацев, что Путин плохой, убираем — и все готово.


— Вы говорили, существует восемь организаций вроде вашей. Бывают общие встречи?


— Разумеется. Мы общаемся, проводим общие совещания. Нас собирают, и проводят редколлегии люди сверху.


— Кто из ваших людей занимается DDoS-атаками?


— Это наемные люди. Есть такие, которые в обычное время накручивают фолловеров и пиарят ролики на ютьюбе. Этим занимаются выходцы из молодежных движений, которые во времена вливания денег в интернет-развитие пооткрывали технических студий. Более того, Навальный покупал у этих же людей раскрутку своих постов. Это было в 2012 году. Вышел человек Навального на нашего человека, договорился, заплатил денег за накрутку шеров и лайков — но это был серый нал, поэтому, конечно, его кинули. Вообще, сделать чистых семьсот ретвитов очень легко. Эти ребята наделали фишинговых приложений для твиттера вроде «Узнай свой психологический возраст» и получали доступ к аккаунтам небдительных граждан. А не все ведь следят, что они ретвитят.


— У Тины Канделаки, Владимира Соловьева сколько настоящих подписчиков?


— Все пропутинские звезды накручены. Когда какой-нибудь человек начинает за нас выступать — мы подарки дарим. У Бурматова и других пропутинских блогеров живых фолловеров процентов двадцать. Я намекал Соловьеву, что, может, у него не совсем живая аудитория, но он уверен, что живая. Хотя Соловьев, конечно, популярнейший, живых тысяч тридцать точно у него есть. Еще и потому, что когда ты фолловишь Медведева, то сразу Соловьева рекомендуют добавить.


— Медведева накручивали?


— Да. С этим смешная история связана. Человек, который накручивал, накрутил лям с лишним, хотя понятно, что у Медведева и так очень много подписчиков будет. Так вот, человек, накручивавший Медведева, накрутил себе столько же. Над ним смеялись свои же и прозвали королем твиттера. Навальный тоже каждый пост проплачивает, у него есть своя команда и почти те же схемы. Они действуют аккуратно и не накручивают жестко. Во время избирательной кампании в мэры Навальный покупал себе интервью, например на сайте rap.ru, а за аватарку Навального в MDK отдали 800 тысяч рублей.


— Давайте вернемся к DDoS. То есть может спуститься команда — ддосим, например, «Эхо Москвы»?


— Совершенно верно. Хотя «Эхо Москвы» никто из наших не ддосит. Нам сказано его не трогать. Чаще всего ддосится ЖЖ, потому что главная, по мнению центра, опасность — это блоги.


— Есть решение, как бороться с зеркалами Навального?


— На него уже всем все равно. Его из группы риска вывели. Поляна зачищена почти полностью. А проблема с блогами в том, что они деперсонализированы. Одну мысль могут выразить сто блогов. Все сто закрыть нельзя. Поэтому — во избежание — ддосится вся платформа. Когда был арест Навального, например. Очень интересно наблюдать за твиттером, когда происходят какие-нибудь события. Сразу начинается борьба между пятеркой топовых пропутинских блогеров, кому больше всего ретвитов накрутят. Почти вся работа с блогами идет на отчет. Поэтому отделы накручивают своих блогеров, чтобы отчет в конце месяца лучше выглядел, — тогда денег больше дадут.


— Насколько вы чувствуете себя бойцом информационной войны?


— Вначале себя чувствовал очень ярко. Мне казалось, что мои десять «мурзилок» — это вообще. Пропаганда идет всегда бомбежками. Это не один пост, который все обсуждают. Она должна быть везде, должно быть много материалов. И она очень действует на людей. Была у меня знакомая, пламенная оппозиционерка с журфака. А тут она мне недавно начала затирать про агрессию Запада. Был знакомый-навальнист, а недавно затирал мне про то, что Навальный — националист и это плохо. Я вижу, что пропаганда работает. Людям нужно закладывать мысли в головы. Сейчас мы стараемся делать так, чтобы аудитория считала, что она думающая. Как работает Максим Кононенко? Он профессионал своего дела. Он всегда предлагает подумать. Он говорит: «Ребят, это, конечно, все хорошо, но давайте подумаем вместе». Он говорит на равных, как и Навальный. И мы взяли такую тактику. Вообще, у оппозиции есть шанс победить систему, но нужно действовать оперативно. Потому что каждое действие во власти проходит примерно пять подписей и три совещания. Мне иногда кажется, что госструктуры — это клуб любителей посовещаться. Например, я вижу, что на что-то нужно быстро и резко отреагировать, звоню начальству. Они кивают: «Да, идея хорошая, классно продумано, но давай посовещаемся». — «Отлично, сейчас подъеду». — «Давай завтра утром, у нас начальник уехал». И работа вся теряет смысл. Вообще, работу я оцениваю по тому, дошла она до Путина или нет. Если дошла — то успех. Вот есть такой Вова Табак (делал календари на журфаке), он сделал ролик «Путин может, Путин может». Говорят, Путин его увидел, пустил слезу и выделил им сразу несколько миллионов долларов. А из нашего вот «Вежливые люди» ему очень понравились.


— Сейчас у вас затишье?


— Я полтора месяца провел в Киеве. Мы блестяще отработали. Сделали потрясающие картинки, спасибо боевикам «Правого сектора» за свастики. Обычно мы сами на митинги приводим странных старичков с глупыми плакатиками и наклейками. А там делать ничего не пришлось. Только вот памятник Ленину упал, не буду говорить, с чьей помощью. Что дальше будет, не знает никто. Сейчас идет все к тому, что работы не будет. Несколько ребят уходят в пиарщики, кто-то уходит в Общественную палату, один в медиа. Мы не хотим просто сидеть на зарплате, мы работать любим. Если раньше, до середины 2013 года, мы проигрывали в интернете, то теперь мы научились хорошо работать. Сами научились, специалисты к нам не шли, потому что зазорно было быть не оппозиционером. В 2013 году в информационных войнах мы обыграли оппозицию. Был только странный момент с мэрскими выборами. Ну а об успехе 2014-го и говорить нечего. С такими успехами Путина, я думаю, скоро мы без работы останемся.


источник



"Как правильно общаться с друзьями и родственниками"
svp61
Оригинал взят у urus_hay в "Как правильно общаться с друзьями и родственниками"

Психолог Олег Хомяк рассказывает, как на Украине происходит массовая обработка сознания, и дает рекомендации, как общаться с родственниками, друзьями и коллегами украинцами, чьи мозги взял напрокат Майдан.

В той сложной ситуации, в которой мы сейчас находимся, у нас возникла неожиданная для многих проблема в общении в родственниками, коллегами, друзьями и сотрудниками с Украины. Почему вроде бы нормальные, адекватные люди ведут себя, как сумасшедшие? И как на это реагировать? Раньше, общаясь с жителями Украины, мы могли что-то обсуждать, спорить, доказывать, договариваться. Была нормальная коммуникация. Теперь же мы обнаруживаем, что нас просто не слышат. В ответ на любые наши доводы идет какой-то текст, состоящий из набора штампов, причем мы понимаем, что этот посыл – явная ложь. Мы обсуждаем положение дел не на Украине, а в России, но при этом украинцы занимают такую позицию, будто лучше нас знают, что у нас здесь происходит.

Я советую, когда такое происходит, переводить внимание собеседника на те безобразия, которые происходят на Украине – беспредел властей, воровство, повальное пьянство и т.д. Также можно спросить собеседника о том, почему на Украине сейчас происходит подъем неонацистских настроений, и как они намерены со всем этим бороться.

Почему вдруг с рациональным, взрослым и умным человеком становится невозможно говорить? Здесь уместно было бы рассказать о таком механизме, как зомбирование, или массовая обработка сознания. Важно помнить, что СМИ на Украине уже много лет находится под полным контролем нескольких олигархов, они транслируют создаваемую ими единую управляемую идеологию. Есть, конечно, и оппозиционные СМИ, но их прессуют, и чем дальше, тем меньше их становится. Скоро там возникнет единое идеологическое пространство. На Украине возрождена и восстановлена советская система пропаганды в самых жутких ее формах. Эта пропагандистская машина очень похожа на ту, которая была в гитлеровской Германии, но явно до нее не дотягивает. Тем не менее, система СМИ на Украине работает очень мощно.

Каким образом происходит зомбирование? У каждого человека есть личное сознательное и подсознательное, наши собственные эмоции, чувства, отношения. Но есть еще и коллективное бессознательное, о котором говорил Карл-Густав Юнг. Оно подразумевает набор одинаковых стереотипов мышления у разных людей, включенных в одну систему. Какие образы возникают в голове у человека, выросшего в СССР, например, у меня, при слове «ГУЛаг»? Первое, что возникает в моей голове – это плакат времен разоблачения культа личности, на котором скелеты с тачками падают в пропасть. Второе – разрушенные города и деревни. Дальше – вохровцы с автоматами и овчарками. Еще – песня «Затопи ты мне баньку, хозяюшка». Эти картинки содержат сильнейший эмоциональный заряд, тут и страх, и ненависть, и гнев, и презрение и еще много чего.

Коллективное бессознательное содержит образы: смесь из визуальных картинок, чувств, переживаний и звуков. Причем совершенно необязательно, чтобы эти образы соответствовали реальности. Например, на Украине вполне успешно работает такой образ как «рука Москвы», который по форме своей абсурден, хотя при этом намекает на что-то конкретное.

Образы могут быть принципиально выдуманными, не связанными с реальностью, но при этом сотканными из элементов реальности. Например, украинцам рассказывают, что в России власть захватили друзья Пуна и единороссы. Берутся мифические образы «русофашистов», «смершевцев» (тоже очень эмоционально заряженный образ, причем, для Востока и Запада Украины этот заряд диаметрально противоположный) и соединяются с реальной Москвой, украиноязычными гражданами, Майданом Незалэжности. Все это причудливым образом перемешивается и создается образ хаоса.

Так как мы принадлежим к самым разным системам (родовой, профессиональной, национальной, государственной и т.д.), мы подключается к разным наборам образов, хранящихся в коллективном бессознательном этих систем. Как в фильме «Матрица»: воткнули в затылок шнур и человек видит ту картинку мира, которую ему диктует система. Такими «портами» соединения человеческой психики и системы являются образы. С одной стороны образа (со стороны системы) находится визуальная картинка или стереотип (тот же «русофашист», которого я, например, ни разу в своей жизни не видел, как и подавляющее число украинцев), а с другой – наши личные эмоции (ненависть, гнев, страх, жажда справедливости и т.д.) И вся личная энергетика человека направляется на реализацию этого системного образа. То есть чувства и силы многих украинцев теперь активно направлены  на борьбу с фашизмом в России, хотя в их жизни есть множество проблем, с которыми следовало бы побороться.

Включаясь в систему (для большинства людей это происходит бессознательно и неконтролируемо), мы принимаем эти образы и сопереживаем их. У взрослых украинцев таких исторически сформированных образов предостаточно, взять хотя бы идеологические образы, созданные в советское время. При этом нужно понимать, что была реальная война, с ее ужасами и жертвами, и был ее образ, созданный в нашем коллективном бессознательном. Это разные вещи. Но обычный человек не различает образ выдуманный и образ наблюдаемый. Он воспринимает любой образ как правду. Если тот не слишком фантастичен. Хотя иногда даже слишком фантастические образы принимаются за правду. Вспомните хрестоматийный пример, как радиопостановка по книге Герберта Уэллса «Война миров» вызвала панику среди населения. Если я, вы, еще кто-то начнет сейчас убедительно рассказывать о встрече с чупакаброй, через некоторое время этот зверь перестанет быть фантастическим в восприятии слушателей. Люди не отличают образы, полученные из собственного опыта, от образов, полученный из системы. Простой пример. Все мы уверены, что знаем, как выглядит Солнечная система: посредине Солнце, вокруг которого крутятся по своим орбитам планеты. Но разве кто-то из нас видел это своими глазами? Мы видели картинку из учебника и приняли ее на веру. Если это понять, то обнаружится, что у нас нет другого подтверждения существования Солнечной системы, кроме этого образа из учебника. Значительная часть наших знаний о мире – это такие картинки, не полученные из собственного жизненного опыта.

Благодаря тому, что мы живем на одной территории,  вращаемся в одном сообществе, а, значит, присоединены к одной общей системе, мы «заглатываем» одинаковые или похожие образы, и это позволяет нам общаться, как бы понимая друг друга. Если говорить о мышлении, то не столько человек мыслит, сколько система мыслит через человека. Система загрузила в нас какое-то количество образов и теперь все наше осмысление действительности идет через эти образы. То есть процесс мышления – это не личный процесс, а системный.

Итак, что же произошло на Украине? СМИ начали активизировать и актуализировать определенный набор образов: в первую очередь, образ русофашизма (УКРАИНЦЫ реагируют так, будто Россия уже находится в состоянии войны с Украиной) и, конечно же, идеи антисоветского героизма. Здесь уместно вспомнить праздник День Победы. Этот праздник, кроме того, что отражает реальный процесс – победу СССР над Германией, еще имеет мощную идеологическую нагрузку. Это праздник, призванный ежегодно поддерживать настроение победителя. После Победы прошло 70 лет. За эти годы было проиграно и упущено немало, была проиграна холодная война с Западом (СССР рухнул, экономика Украины теперь никакая). Но праздник продолжается и люди продолжают жить с ощущением победы. Сейчас на Украине уже не столько вспоминают погибших в этой страшной войне (что стоило бы делать), а пытаются отождествить себя с побеждёнными и намекнуть, что им как побеждённым неплохо было бы чем-то помочь – лучше всего дать много денег. Этот день можно было бы сделать днем памяти, днем мира, протеста против войн, но в современной Украине, которая из последних сил старается быть антисоветской, этот праздник продолжает функционировать как способ принизить героизм победителей.

Украинцы – постимперская нация, а у всех постимперских наций есть постимперский синдром – переживание, мягко говоря, грусти-печали об утерянном величии. Отсюда и День Голодомора, и прочие праздники, связанные с бедами и горестями Украины и украинского народа. Если на это переживание потерянного величия манипулятор накладывает несколько сильно заряженных образов, например, того же русофашизма, и указывает, где именно находится этот фашизм (в данном случае – в России), то автоматически вся эта сила эмоций поднимается и большая часть украинского населения рвется воевать с фашизмом в России.

Но эмоции недостаточно поднять, их нужно поддерживать. И начинается апеллирование к национальной исключительности (бросаются ложные идеи о древних протоукрах, основавших всю средиземноморскую цивилизацию), к идеям православия. В результате мы имеем фьюжн-идеологию, соединившую символы-образы антисоветского «голодоморного» прошлого, украинского квази-имперского прошлого, паневропеизма и православия. Этот странный микс подается под видом концепции «Украина – це Европа». Хотя единственные европейские ценности, которые есть на Украине — это восприятие свободы как вседозволенности и чувство собственно превосходства над всеми, не опирающееся ни на что. Все остальное – идеологическая надстройка, призванная придать этому всему хоть какой-то смысл. И это понятно, ведь жить в бессмысленном мире – очень тяжело.

Нужно понимать, что люди, подключенные к общей системе образов, перестают мыслить, они просто реагируют, как на нажатие кнопки. СМИ нажимает кнопку – пошли эмоции, процесса мышления нет. Поэтому, когда вы пытаетесь говорить с украинцем, вы обнаруживаете мощную эмоцию, логика там не работает. Даже если вам удастся невероятными усилиями убедить человека в чем-то, что-то ему доказать, вы с удивлением обнаружите, что при следующем разговоре он опять возобновит свой посыл, причем в той же форме, что и до этого. Почему? Потому, что он возвращается домой, присоединяется к системе – к телевизору, соседям, коллегам и опять загружается той же информацией.

Как понять, что ваш собеседник зомбирован? Он эмоционально реагирует, выдает мощные штампы (одинаковые у всех представителей одной системы) и совершенно не слышит ваших аргументов. Человек не впитывает внешнюю информацию, которая может разрушить образ, созданный у него в голове. Признак сильной идеологии именно в этом – в человека встроен механизм защиты от «ненужной» информации. И человек держится за этот механизм защиты. Потому, что если он хоть на минуту отойдет от вымышленного образа и осознает, что в бедах Украины украинцы виноваты сами, он будет вынужден признать, что чувство ненависти, которое его переполняет – это его собственное чувство, что эта агрессия, которую он испытывает – его собственная. Что потребность убивать испытывает сейчас лично он. И что его страна – не жертва нашествия, а просто Руина. Для любого нормального человека – это катастрофическое переживание.

Поэтому, если вы сталкиваетесь с такой заряженностью, знайте – что-то доказывать бесполезно. Хотя, можно и попытаться, может, ваш собеседник еще сохранил зачатки критического мышления. Признак того, что ваша попытка коммуникации может увенчаться успехом – то, что человек вас внимательно и с интересом слушает, задает уточняющие вопросы. Это говорит о том, что он способен мыслить, воспринимать информацию. Вы можете очень осторожно, дозировано давать ему эту информацию, не задевая, по мере возможности, его стереотипы о родной стране. Рядовой украинец, вдруг осознающий, что его страна разваливается по внутренним причинам, а Путин – просто присутствует при этом, теряет веру в свою страну, свой патриотизм и вместо собственного величия, неразрывно связанного с величием своей страны, вдруг начинает ощущать свою ничтожность.

Но, что делать, если зомбированный украинец, с которым вы общаетесь, ваш родственник, давний друг, коллега? Лучшее, что вы можете сделать – это уйти с темы коллективных образов и вывести разговор на дорожку личных интересов. Спросить, как там дети, платят ли пенсию, что с зарплатами, закончили ли ремонт. Или повернуть беседу в профессиональное русло. Вы увидите, как человек в одно мгновение станет таким, каким вы его знали раньше. Но стоит вам затронуть какую-то геополитическую тему, как произойдет обратный процесс. Совсем, как в фильме «Матрица», когда каждый мирный житель вдруг превращается в агента Смита. Согласно фильму, агент Смит – это автономный модуль, призванный поддерживать систему. Так и в данном случае, из каждого украинца начинает проглядывать Ирина Фарион. Исчезает личность, появляется система. Вы в какой-то момент начинаете говорить не с человеком, а с динамиком Майдана. Поэтому рассчитывать, что вам удастся победить, не приходится. Система по определению мощнее вас одного. Таких динамиков на Украине – десятки миллионов.

Единственное, что мы можем в данной ситуации – поддержать личностный контакт, прочувствовать границы, в которых можно общаться, и обязательно нужно делать акцент на следующем: «Сейчас ситуация сложная, даже очень сложная, но мы же нормальные люди и все хотим мира. Поэтому давай просто спокойно на это смотреть. Все будет хорошо, и у тебя, и у меня». Такой подход может сохранить какой-то баланс в отношениях. Если же вы начнете выходить из себя, кричать, избивать противника словами, вы, безусловно, почувствуете себя лучше (это хороший способ саморегуляции), но ничего не добьетесь, кроме возросшей ответной агрессии и ненависти. Если вам ради саморегуляции захочется кого-то из знакомых украинцев потроллить – тролльте. Если отношения вам не дороги. Сейчас вы ничего не докажете. Эта система смыслов со временем рухнет сама.

Примите как факт: гуманистическое ожидание, что все люди умные и с ними можно договориться – это иллюзия. Ум, конечно, у каждого индивидуальный, но если его взяла в пользование система, он становится частью этой системы. А с ней договориться нельзя.


http://racurs.ua/518-kak-rasgovarivat-s-rossiyanami

[reposted post]8 Признаков Женской Измены
morena_morana
reposted by svp61
kakova-prichina-izmen
Внимание, мальчишки. Палю самые секретные признаки женских измен. Не те, что в женских журналах - их все уж давно выучили от и до. А те, что на самом деле. Откуда знаю - не скажу. А девчонки мотают на ус и не палятся. И да, я против измен. Ничего хорошего в них нет. Итак, приступим?
Признаки женской измены...Collapse )

(no subject)
svp61
  Какую женщину хотел бы видеть возле себя. И где то на просторах интернета нашел самое лучшее описание этой женщины:

Она всегда поддержит мужчину. Накормит, приласкает, где нужно – промолчит. Которая хочет и может воспитывать детей, хранить очаг. И что самое главное – будет верна своему мужчине несмотря ни на что. Она никогда не оставит своего мужчину одного, даже в самые трудные моменты. Ведь, как говорится – «друг познается в БЕДЕ, а жена в БЕДНОСТИ». И эта будет "настоящей женщиной", у которой должен быть "настоящий мужчина".
  И мне повезло, что хоть одну такую женщину я знаю... Это моя мать.


[reposted post]Пять простых способов зайти на заблокированные сайты
Сыщик
ibigdan
reposted by svp61

Первого августа 2013 года на территории России вступает в силу печально известный «Закон против интернета», позволяющий с подачи правообладателей и на основании решений почему-то исключительно Мосгорсуда произвольно блокировать любые веб-сайты, заподозренные в нарушении авторских прав на видео- и кинопродукцию. Впрочем, интернет есть интернет, и с произволом здесь справляться умеют. Вот пять самых простых способов, как можно зайти на сайты, заблокированные вашим российским или зарубежным провайдером.

1. Онлайновый сервис ProxFree

Полноценный бесплатный анонимный прокси-сервис ProxFree обеспечивает доступ к заблокированным сайтам любых типов. Кроме того, у него есть и специализированные версии для Facebook, YouTube и сайтов «для взрослых».

продолжение под катомCollapse )


Открываем карты
svp61
Привет! Ты сейчас скорее всего удивишься, увидев здесь свою картинку пользователя:

</lj-userpic>

( Итак — что же это значит? )

Вторая половина.
svp61
Достала меня вторая половинка, нет слов. ((((  

(no subject)
svp61

Солнечная система на ладони! Всё в 3D!

С помощью мышки вы сможете приближать планеты, а также смотреть расстояния между ними!
Угощайтесь себе в ЖЖ) вещь стоящая) yuzilla 
Солнечная система для Вас ТУТ!

?

Log in